Достав из кармана джинс резинку для волос, он убрал свои длинные волосы в хвост, но несколько волнистых белокурых прядей спадали ему на лицо. Высокий лоб, прямой нос,
Джерри вытащил складной ножик из высокого ботинка, обнажив голень, и распорол рукав моей шелковой рубашки, которая уже успела пропитаться кровью и из темно–синей превратилась в буро–черную. Я осталась в темном бюстгалтере, но стеснения я не чувствовала, меня больше заботила реакция Джерарда, поэтому я взглянула в его лицо, надеясь, что не оттолкну его своим видом.
Кожа на моей руке оголилась и резко контрастировала с татуировкой, которая переливчато полыхнула и, слегка извившись, снова приняла свое оригинальное положение. Я внимательно наблюдала за ним, пока он проводил манипуляции с моей одеждой, пытаясь заметить перемену в его лице при виде этого зрелища. Мне показалось, что он на мгновение затаил дыхание, когда увидел черные полосы на моем теле, но я напрасно пыталась уловить хоть какие–либо изменения. Ему слишком хорошо удавалось скрывать свои эмоции, приняв невозмутимый вид, либо он, действительно, не был шокирован. Хвостик затейливого орнамента выходил под мое ребро, лоснящийся чернильной чернотой. Татуировка была словно ожившим существом, поддаваясь влиянию окружающей среды, освещению и даже настроению, царящему вокруг. Сейчас она матово поблескивала, завораживая глубиной своего цвета, и внутри можно было разглядеть крохотные прожилки ее кровяных сосудов, наполненных холодной черной кровью.
Он сосредоточенно прищурился, губы его сжались и он робко провел кончиками горячих пальцев по ее поверхности.
— Гладкая, — улыбнулся он и его пальцы превратились в ладонь, скользящую по моей коже. Я ощутила озноб от такого контраста температур и, будто в ответ на его прикосновение, татуировка слегка сдвинулась по краям. Мне стало намного легче, когда я убедилась, что Джерри не отвращает и не пугает моя «особенность», по крайней мере я была благодарна, что он не показал мне другой реакции, кроме как любопытства.
Он промокнул марлю спиртом и, предупредив меня подготовиться к боли, начал обтирание вокруг раны. Шальная пуля прошла навылет, но кровь все еще сочилась. Тем не менее, Джерард довольно ловко справлялся с обработкой ранения. Определенно, похожий опыт у него имелся.
— Я полицейский под прикрытием, — начал он, сдувая непослушную прядь соломенных волос со лба. Бисеринки пота проявились на его загорелой коже. — Но, кажется, я слишком глубоко повяз в этом дерь… Поэтому у меня начались неприятности.
— «Кажется»? Ты что, переметнулся? — я попыталась его задеть.
Он снисходительно улыбнулся.
— Я работал под прикрытием, потому что хорошо подходил на эту работу.
— И кто же тебя прикрывал?
— Может, ты не будешь перебивать? — он с укоризной посмотрел мне в глаза. Я смутилась. Я смутилась?!
— Идет, — я демонстративно отвернулась и внезапно вздрогнула, когда он задел особенно больное место.
— Прости, — он тут же вытер проявившуюся кровь и продолжил обрабатывать рану дальше.
Его пальцы нежно провели вокруг очередного хвостика сдвинувшейся татуировки и на моей коже обозначились мурашки. Я вздрогнула от щекотки, отворачиваясь от его удивленно поднятых глаз. Мне было неловко сидеть с ним вот так, и позволять дотрагиваться до себя. Последние годы мне приходилось делать это лишь с одной целью — убийства вампира. Я давно перестала быть нормальным человеком, да и человеком вообще — на этот счет у меня были большие сомнения. Но я уже забыла когда в последний раз до меня дотрагивался мужчина, так нежно, не пытаясь уложить меня в кровать и которого я не должна была уничтожить.
Я чувствовала его дыхание на своей коже и, если бы не вся ситуация, сложившаяся вокруг сегодняшнего события, я могла бы расслабиться и наслаждаться обыденностью момента, представив, что вовсе не пулевое ранение сейчас обрабатывает молодой симпатичный мужчина рядом со мной. На миг я закрыла глаза. Мы находились в полной тишине, лишь изредка, откуда–то издалека, из другого мира, до нас доносились тревожные звуки полицейских сирен и машин скорой помощи. Запах ночного воздуха проникал в помещение вместе со сквозняком, сдвигающим легким порывом ткань занавесей. Полумрак, спокойствие, тишина. Давно я не ощущала себя в безопасности, находясь рядом с кем–то, к тому же спасшим мне жизнь. С последней мыслью ушло состояние расслабленности и на его место вернулось множество вопросов.
— Каким образом ты оказался сегодня в нашей заварушке? Что тебя связывало с Элис? Ты следил за мной? — я обрушила не него водопад вопросов. У меня было задание, которое я должна была выполнить, как посланник Пражского гилда, и ответы мне были жизненно необходимы.
— Не все вопросы сразу, — улыбнулся Джерри, мигнув мне голубым глазом из–под непослушной челки. — К тому же, некоторые из них тебя совершенно не касаются.
— Например? — недоверчиво уточнила я, решив не показывать свое неудовольствие его отказом. Пока.
— Например, «что тебя связывало с Элис Киммел?».
— Так значит, связывало? — подловила я его и в ответ на его усмешку продолжила допрос. — Это ты был в отеле прошлой ночью?
— Тебя интересует моя личная жизнь? — снова его лукавый взгляд, брошенный на мое покрасневшее лицо. Я укорила себя за неуместное смущение.
— Я не это имею в виду. Я говорю про фальшивое убийство Элис.
— Фальшивое? — он вновь отвлекся от моей раны, удивленно глядя мне в глаза.
— Да, как и твоя реакция только что. Тебе прекрасно известно, что тело в отеле принадлежало Жрице, коей Элис не являлась.
— Что ж, ты права. Мне это известно. Мне также известно, что ты уничтожила вампира, который на самом деле убил ее.
— Возможно, ты знаешь и причину, по которой он сделал это? — осторожно спросила я. Джерри на мгновение замер и благодаря этому я осознала, что оказалась права. Он глубоко вздохнул, видимо, собираясь с мыслями.
— Элис Киммел оказалась случайной жертвой в играх вампирских кланов. На самом деле, я пытался ее спасти и увезти подальше от происходящего, но я не должен был посвящать ее в подробности. Именно это и оказалось причиной ее смерти. В этом моя вина.
— Она не знала, что связалась с вампирами? — я видела, что Джерри тяжело говорить об этом, но я просто должна была узнать как можно больше.
— Знала, но считала себя в безопасности, думая, что находится под покровительством… — он замялся.
— Под чьим покровительством?
— Клана Охоты.
Моему удивлению не было предела. Мне следут потренироваться в сокрытии своих эмоций, чтобы они не отражались на лице так явственно, давая собеседнику возможность насладиться произведенным эффектом. Вот и сейчас пухлые губы Джерри тронула легкая усмешка, несмотря на серьезность обсуждаемой темы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
